solomeya_lutova

Categories:

От Маяковского до Пушкина: искусство на митинге

А нынче в моём доме что-то происходит...

"Я была тогда с моим народом,
Там, где мой народ, к несчастью, был"
А. Ахматова, "Реквием"

К несчастью. Именно этими ахматовскими строками и начать бы описание всего того, что произошло 23 января на Пушкинской площади. 

Хорошего ничего из этого не выйдет. Но молодые люди, которые туда потянулись, надеются, что вот, они смогут. Наверно, у каждого было такое чувство в юности – дескать, вот, сейчас я пойду и сверну эти горы, а особенно при поддержке единомышленников. Но горы, конечно, как стояли, так и стоят… 

А тянулись – в основном школьники и студенты, - отовсюду: и со стороны Бульварного кольца, и с Большой Дмитровки, и с Камергерского, и шли по Тверской. Я вот от Маяковской двинулась. Внимательно смотрел на всё это и сам заснеженный поэт на площади – Владимир Владимирович.

Вообще я не планировала туда ехать, но мне всё-таки стало интересно посмотреть. 

А уже на Маяковке собирались полицейские, подъезжали автозаки. Движение по Тверской перекрыто не было, и автомобили ехали, громко беспрестанно сигналя, дабы не сбить кого-нибудь из участников акции. Сначала движение было оживлённым – типа обычный же день, потом стало затруднённым. 

"Уважаемые граждане! Данное мероприятие является незаконным, по возможности просьба покинуть его!" — то и дело раздавалось из рупора.   

ОМОНовцы проворно рыскали как хищники среди стада – по кольцу, смотрели, чтоб какая-нибудь антилопа не брыкалась особенно и не дёргалась. И почти мгновенно хватали и утаскивали тех, кто слишком расшумелись и раскричались. Снова обходили толпу, смотрели, хватали. И так несколько раз. От них кидались врассыпную с криками: "Позор, позор!"  

Кто-то из уважаемых граждан прислушался к голосу из рупора: пыл начал угасать. По крайней мере, в тех рядах, которые подошли со стороны Маяковской, стояли около "Известий" и особенно не вклинивались в самый очаг.   

А кричали одно слово: "Свободу! Свободу!" Иногда все вместе, иногда – одиночно.

Не отставали от ОМОНа и сотрудники полиции. Наполненные автозаки ехали обратно, к Маяковской. Движение, наконец, встало, потому что народу всё прибывало. Собирались до Манежа. Ну… как сказать…

Вообще мы с бронзовым Александром Пушкиным в опекушинской версии слегка были ошарашены происходящим – обычно полупустой, умиротвовённый Новопушкинский сквер теперь кишел толпами.  

Но на митингах и прочих акциях есть такая категория людей, которых можно назвать наблюдателями. Они ничего не кричат, не машут, не дёргаются, а просто смотрят, фотографируют. «Там Я посреди них...»

И тут найдётся место искусству. У нас, наблюдателей, на этом мероприятии было отдельное, хоть и небольшое, арт-пространство. Мы стояли в сторонке. Среди нас —  художник с этюдником и холстом: он набрасывал сначала карандашом, а потом масляными красками всё происходящее – писал с натуры.  

По той мере, как создавалось произведение, собиралось всё больше толпы, кто-то кинул снежки в ОМОНовцев, которые тащили очередного протестующего. Того, кто кидал снежки, тоже, конечно, утащили – легко высмотрели среди прочих. 

Я наблюдала за молодым художником, в основном: за процессом написания картины. Кстати, стражи порядка поняли, кто участвует, а кто просто так пришёл, посмотреть, сфотографировать. Ведь прямо у нас, просто наблюдателей, перед носом схватывали тех, кто принимали участие. Художника спросили нечто вроде "Может, отойти?" А он ответил, мол, что всем плевать. И точно. Никто не трогал тихих присутствующих.

А потом, когда уже давление толпы начало помаленьку возрастать, я, не досмотрев завершение картины, вместе с некоторыми развернулась – и бегом в сторону Маяковки, обратно, нырнув на всякий случай в переулки. Да и так легче и быстрее было добраться до метро, не продираясь через толпу. 

Хотела ещё на Лубянке с обзорной площадки всё это попробовать снять – может, что и видно бы было, а площадка закрыта по техническим причинам. Не судьба. 

В конце концов, можно добавить, что молодёжь в политической жизни страны должна участвовать. Не нужно считать их глупыми детишками, которые просто играют: некоторые из них поумнее иных взрослых. Но всё-таки. Надо и в историю заглядывать периодически.

Вспоминать чаще и "Кровавое воскресенье" в 1905, и… ну… ладно, чтоб гусей не раздразнить, некоторые современные протесты — и не только в России, которые не довели до добра. Люди пострадали, даже были убиты, а никакого счастья так и не наступило. 

А тем более – свободы. Увы.  
Вот такая вот картина маслом.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened